— Это хорошо, — пророкотал силикоид. Он не счел нужным имитировать человеческие эмоции — верный признак того, что ему хватало настоящих переживаний. — Мы посланы за вами. Я могу приблизиться?
Внутри деревянный павильон обернулся каменным замком. Огромный зал напомнил Кею церкви Единой Воли, куда его водили в детстве, и вызвал смутные чувства трепета и неприязни. Ноги путались в сухом тростнике, устилавшем пол. Сводчатый потолок превращал шорох тростника и звуки шагов в ровный шум.
— Я очень скучаю по маме, — произнес Артур.
— Это невозможно, — только и сказал Кей. — Барт был человеком…
— Ты разрешил ему лизнуть твои экскременты.
— Начнем с папашки, — решил он.